Пробудившийся любовник - Страница 42


К оглавлению

42

Девушка вытащила любимый красный свитер, поднесла его к лицу и вдохнула аромат своих духов. Достала любимую металлическую щетку с широкой квадратной головкой. Потом открыла шампунь и потянула носом — родной запах. Та дрянь, которой заставлял ее мыться лессер, пахла отвратительно.

— Спасибо, — сказала она дрожащим голосом, беря в руки дневник. — Спасибо большое!

Белла погладила кожаную обложку. Не стоило открывать его сейчас. Как-нибудь потом. Она подняла глаза.

— Ты можешь… отвезти меня домой?

— Могу.

— Мне страшно, но, похоже, придется съездить.

— Только скажи когда.

Собрав остатки мужества, Белла решила сделать первый шаг навстречу новой жизни.

— Сегодня, после заката.

— Договорились. А теперь поешь.

Он указал на поднос.

Проигнорировав еду, Белла смотрела, как Зет отправился к шкафу разоблачаться. Судя по тому, как внимательно он проверял оружие, дело наверняка дошло до драки. Ей стало интересно, где он был, что делал. Хотя руки были чистыми, на плече были видны следы черной крови.

Значит, кого-то отправил на тот свет.

Скорее всего, нужно было радоваться, что одним лессером стало меньше. Но когда Зет взял с полки чистые треники и пошел в ванную, она поняла, что его жизнь — куда дороже.

И еще… его тело. Он двигался как зверь — в хорошем смысле этого слова: плавные движения таили в себе дикую силу. Желание, проснувшееся в ней с их первой встречи, снова дало о себе знать. Она хотела его.

Когда дверь душевой захлопнулась и зашумела вода, девушка потерла глаза, решив, что сходит с ума. Этот парень шарахается в сторону при виде протянутой руки, а она надеется затащить его в постель?

Разозлившись на свои глупые фантазии, Белла посмотрела на поднос. Цыпленок с пряными травами, жареная картошка и сквош. Стакан воды и бокал белого вина, два зеленых яблока и кусочек морковного пирога. Поковыряв вилкой мясо, она решила съесть все, чтобы показать, что оценила внимание.

Когда Зетист вышел из ванной голый по пояс, она замерла, открыв рот. Мягкий свет отражался в серебряных колечках и подчеркивал рельеф мышц на руках и поджаром животе. Кроме шрама в форме звезды напротив сердца знака Братства, на груди набухала свежая царапина и приличный синяк.

— Ты ранен?

Он подошел ближе и глянул на тарелку.

— Не много же ты съела.

Она не ответила, зачарованно глядя на пояс штанов, которые держались на честном слове. Над ними выступали бедренные кости. Господи, еще бы на сантиметр ниже… Внезапно Белла вспомнила, как Зет отчаянно пытался отскрести несуществующую грязь. Сглотнув, она попыталась представить, что делали с его телом. Собственное желание показалось ей постыдным. Навязчивым. Но оно не ушло.

— Что-то есть не хочется, — прошептала она.

Зетист подвинул поднос ближе.

— А придется.

Когда она снова принялась за цыпленка, Зет взял с подноса яблоки и ушел в свой угол. Откусил от одного и уселся на пол. Опустив глаза, он медленно задвигал челюстями, пристроив свободную руку на животе.

— Ты пообедал внизу?

Он покачал головой и с сочным хрустом отгрыз еще кусок.

— Это весь твой обед?

Он пожал плечами, и она пробормотала:

— И после этого ты заставляешь меня есть?

— Именно так, женщина. Так что уж приступай.

— Ты не любишь цыпленка?

— Я не люблю еду.

Не поднимая глаз от пола, он настойчиво повторил:

— Ешь.

— Почему ты не любишь еду?

— Я в нее не верю. Никогда не знаешь, что туда кладут…

— Так ты считаешь, что кто-то хочет…

— Я тебе уже говорил, что ненавижу болтовню.

— Ты будешь спать со мной рядом?

Она выпалила это одним духом, решив не дожидаться, пока он окончательно замкнется.

Его брови дрогнули.

— Ты правда этого хочешь?

— Очень.

— Тогда буду.

Пока Зет грыз яблоки, а Белла уминала содержимое тарелки, в комнате стояла тишина. Доев морковный пирог, девушка пошла чистить зубы. А когда вернулась, вампир полировал клыки о последний огрызок.

Трудно представить, что при такой диете хватает сил на сражения. Здоровому мужчине нужно питаться нормально.

Белле захотелось сказать что-нибудь умное, но вместо этого она забралась под одеяло и стала ждать. Время шло, а Зет все выкусывал из середки яблока микроскопические кусочки. Напряжение стало невыносимым.

«Хватит», — решила она. Самое время перебираться в другое место. Довольно издеваться над бедным парнем. Это нечестно.

Но едва Белла собралась откинуть одеяло, как Зет поднялся и двинулся в сторону постели. Сложив огрызки на тарелку, он вытер руки салфеткой и вынес поднос из комнаты.

Вернувшись, он подошел к противоположной стороне кровати и, качнув матрас, устроился поверх покрывала. Скрестив руки на груди и вытянув ноги, закрыл глаза.

Свечи погасли одна за другой. Когда остался последний огонек, он сказал:

— Давай оставим, чтобы не было темно.

Белла кинула на него быстрый взгляд.

— Зетист?

— Что?

— Когда я была… — она откашлялась, — в той яме под землей — я думала о тебе. Мечтала, что ты меня спасешь. Верила, что это случится.

Брови над закрытыми глазами шевельнулись.

— Я тоже о тебе думал.

— На самом деле?

Он кивнул, но она все равно переспросила:

— Это правда?

— Да, я только о тебе и думал.

Белла почувствовала, как застучало сердце. Она придвинулась и подперла голову рукой.

— Серьезно?

Он не ответил, но она уже не могла остановиться.

— Почему?

Зет глубоко вздохнул.

42