Пробудившийся любовник - Страница 80


К оглавлению

80

Наступила ночь. Жалюзи на окнах поползли вверх. Зетист лежал рядом с Беллой, оберегая ее сон. Она спала на спине, положив голову ему на руку и прижимаясь к груди. Ни простыни, ни одеяла не прикрывали обнаженного тела, все еще пышущего жаром.

Вернувшись с кухни, он покормил девушку с рук, и, пока менял постельное белье, она задремала. С той поры они лежали вдвоем в полной темноте.

Зет передвинул свободную руку повыше и коснулся пальцем соска. Вот уже несколько часов он все не мог остановиться — то ласкал ее, то что-то напевал. Хотя глаза закрывались от усталости, чувство покоя, царившее между ними, было прекрасней сна.

Белла завозилась и прижалась к его бедру. Вампир с удивлением ощутил желание, — а ведь считал, что на какое-то время от этого застрахован.

Он откинулся и посмотрел вниз. Штуковина, которой он обслуживал Беллу, выглянула из прорехи в трусах. Она увеличивалась на глазах, норовя вырваться на волю.

Чувствуя себя преступником, Зет тем же пальцем, которым ласкал женскую грудь, толкнул свою возбужденную плоть. Та чуть качнулась и упрямо вернулась в прежнее состояние.

Он закрыл глаза и, поморщившись, обхватил «повстанца» ладонью. Нежная кожица скользнула по твердому стержню. Странное ощущение. Но неприятным его не назовешь. Похоже на то, как когда он был внутри Беллы. Хотя далеко не так классно. Ни в какое сравнение не идет.

Господи, ну и трус. Боится собственного… члена, дружка, пениса? Черт, как же его называть? Что говорят в таком случае настоящие мужики? Вульгарное «Джордж» — конечно, не вариант. Но безликое «ОН» с этого момента отменяется.

Раз уж у них дошло до «рукопожатия».

Зет просунул ладонь под резинку трусов. От волнения подташнивало, но он решил довести дело до конца. Кто знает, хватит ли мужества сделать это в другой раз.

Он поправил… член — да, для начала он решил называть это членом, — и дотронулся до мошонки. По всей длине пробежала жаркая волна и отдалась в головке.

Довольно приятное ощущение.

Нахмурив брови, Зет впервые в жизни исследовал благословенный подарок Девы. Забавно — это хозяйство всегда было при нем, но он никогда не делал того, чем, без сомнения, дни напролет занимались молодые, недавно прошедшие превращение, вампиры.

Когда он снова погладил мошонку, та поджалась, и член напрягся. Из нижней части тела сигнал передался в мозг, и в памяти всплыл образ Беллы, когда они занимались сексом и когда он задрал ее ноги, чтобы войти глубже. С пугающей реальностью Зет вспомнил, как чувствовал под собой ее тело, ее тугую плоть…

Образы в голове росли и множились как снежный ком, потоки энергии из-под руки расходились по всему телу. Дыхание участилось. Рот приоткрылся. Бедра подались вперед. Зет перекатился на спину и сдернул трусы.

Но потом опомнился. Чем же это он тут занимается? Рядом с Беллой? Как последний скот.

Вздрогнув от отвращения, Зет стал натягивать трусы.

— Не останавливайся, — прошептала Белла.

Позвоночник свело от ужаса. Вот так влип.

Он покраснел как рак и поднял глаза.

Но девушка лишь улыбнулась и погладила его по руке.

— Ты такой красивый, особенно сейчас. Доведи начатое до конца, Зетист. Тебе же этого хочется. И нечего стесняться. Ты прекрасен, когда ласкаешь свое тело.

Она поцеловала его бицепс и перевела взгляд ниже.

— Давай, — прошептала она. — Я хочу посмотреть, как ты кончишь.

Чувствуя себя законченным дураком, но не находя сил, чтобы остановиться, Зет разделся.

Белла одобрительно кивнула. Черпая силы из ее близости, вампир медленно провел рукой по своему животу, чувствуя под гладкой кожей выпуклые мышцы. Он не особо надеялся, что сможет продолжать…

Чертова штука напряглась и подрагивала в такт биению пульса.

Не отрывая взгляда от темно-голубых глаз, Зет начал двигать ладонью вверх-вниз. Всполохи удовольствия разлетались по всему телу. Осознание того, что Белла смотрит на него, придавало сил. А когда за ним наблюдали раньше…

Нет, с прошлым пора было кончать. Если зацикливаться на событиях столетней давности, можно потерять настоящее с Беллой.

Отбросив с ненавистью воспоминания о том, что вытворяли с ним на публике, Зет погрузился в глубину синих глаз.

Они сияли и согревали своим теплом. Он посмотрел на ее губы. На грудь. На живот…

Желание закипело в крови, наполняя каждый дюйм его тела.

Взгляд Беллы скользнул вниз. Наблюдая за стараниями Зета, она прикусила нижнюю губу. Увидев два клыка, два белых кинжала, он вновь захотел почувствовать их на своем горле.

— Белла… — простонал он.

Черт, ему уже было не остановиться.

Постанывая, он подтянул ногу и, ускорив движения, сосредоточился. Спустя секунду все было кончено. Из груди вырвался крик, голова откинулась на подушку, позвоночник выгнулся дугой. Теплые струи ударили в живот и грудь. Когда головка стала болезненно чувствительной, Зет остановился.

С трудом переведя дыхание и превозмогая дурноту, он наклонился, чтобы поцеловать Беллу.

Заглянув в ее глаза, он увидел в них понимание. Она знала, что помогла ему пройти через это в первый раз. И все же в глазах ее не было мелкой жалости. Казалось, ее не волновало, что он был уродом, впервые прикоснувшимся к собственному телу.

Он открыл рот:

— Я тебя…

Его прервал стук в дверь.

— Не смей входить, — рявкнул Зет, обтираясь штанами.

Поцеловав Беллу, он укутал ее простыней и лишь тогда подошел к двери. Подпер ее плечом, не давая посетителю ни шанса заглянуть внутрь. Пусть это выглядело странно, но Зет ни с кем не хотел делиться этим зрелищем. Сияющая после охоты Белла принадлежала ему одному.

80