Пробудившийся любовник - Страница 53


К оглавлению

53

Черт. Только этого не хватало…

Он поморгал и потер веки. А снова открыв глаза, понял: исчезло пространственное зрение.

Хватало ли, не хватало, — произошло… Ладно, хоть не в центре города.

Рив сдал вправо, в сторону гипермаркета, рядом с которым когда-то находилась Колдуэллская академия боевых искусств, затем сгоревшая. Выключив фары, он проехал вдоль длинных ангаров и припарковался возле бордюра, чтобы при случае не маневрировать, а лишь надавить на газ.

Не выключая двигателя, он стянул соболью шубу, снял пиджак и закатал левый рукав. Потянулся, сквозь красную мглу, к бардачку и достал шприц и резиновый жгут. Игла вывалилась из трясущихся рук, пришлось нагибаться и поднимать ее с пола.

Похлопав по карманам, Рив нащупал ампулу с нейромодулятором дофамином и выложил на торпедо.

Шприц вытащился из упаковки лишь со второго раза, потом игла чуть не переломилась в своей резиновой пробке. Набрав лекарство, Рив затянул жгутом бицепс, помогая себе зубами, и попытался найти вену. В двухмерном пространстве это было не самой простой задачей.

Зрение ему изменило. Все вокруг было… красным.

«Красным-красным — таким красным, красным». Слова колотились в мозгу, отскакивая от стенок черепа. Красный — это цвет паники, отчаяния и ненависти к себе.

Но не цвет его крови. Во всяком случае, не сейчас.

Взяв себя в руки, Рив потыкал пальцем в предплечье, выбирая подходящее место, стартовую площадку, — хайвей, по которому лекарство улетит прямиком в мозг. Но вены куда-то пропали.

Кольнув наугад, он сначала ничего не почувствовал. Но потом началось… тело откликнулось на комариный укус иглы. Онемение, в котором он себя намеренно держал, проходило.

Нащупывая подходящую вену, Рив почувствовал собственное тело, его тяжесть, утопающую в кожаном сиденье. Тепло обогревателя в ногах. Дыхание, мечущееся во рту, и пересохший язык.

Вздрогнув от ужаса, он поскорее вонзил шприц и ослабил жгут. Бог знает, попала ли игла в вену.

Потом уставился на часы. Сердце в груди колотилось.

— Ну, давай… — бормотал он, раскачиваясь всем телом. — Давай… действуй.

Красное было цветом его лжи. Ривендж был заперт в мире красного цвета. В один прекрасный день дофамин не сработает. И он останется в красном безумии навсегда.

Цифры на часах показывали, что прошла одна минута.

— Ох, черт…

Рив потер глаза, будто бы это могло вернуть глубину зрения и нормальные цвета.

Зазвонил мобильный, но он не стал отвечать.

— Пожалуйста… — Дрожь в собственном голосе вызывала ненависть, но сил притворяться суперменом уже не хватало. — Я не хочу себя потерять…

Через мгновенье все пришло в норму: красная пелена спала с глаз, мир снова стал трехмерным. Зло, накопившееся внутри, куда-то испарилось, тело онемело, чувства пропали, зато остались мысли. Подавив осязание, препарат превратил его в живой мешок, который двигался, дышал, говорил и — ура! — управлялся с оставшимися четырьмя чувствами.

Ривендж откинулся на спинку сиденья. Стресс, выданный похищением и спасением Беллы, дал наконец о себе знать. Вот почему приступ начался так быстро, был таким сильным. Нужно посоветоваться с Хаверсом. Может, еще раз откорректировать дозировку.

Через какое-то время Рив почувствовал, что снова в состоянии управлять машиной. Объехав торговый центр, он вернулся на главную дорогу, уговаривая себя, что его седан ничем не отличается от остальных машин. Такой же неприметный.

Ложь несколько облегчала жизнь… но несла с собой одиночество.

Остановившись у светофора, Ривендж проверил телефон. Судя по сообщениям, час назад в доме Беллы была отключена сигнализация, и вот — ее включили снова. Значит, кто-то там опять побывал.

В трехстах ярдах от дома Беллы Зет наткнулся на черный «форд эксплорер».

В крови бурлил адреналин, возвращаться домой было страшно — еще попадет кто под горячую руку… Зетист решил прочесать местность — и обнаружил машину.

Дорожка следов уходила к дому.

Вампир заглянул в салон. Датчик сигнализации включен.

Тачка пахла лессерами. Но натоптал только один. Значит, своих высадил, а потом отогнал машину.

В любом случае Общество не бросило бы собственность на лесной дороге. Узнать бы, куда потом на ней покатят. Но как, черт возьми?

Зетист окинул взглядом свой арсенал.

Ай да Вишу, ай да соответственный сын. Да здравствуют информационные технологии.

Отстегнув мобильный телефон («Полезное, мать вашу, изобретение»), Зет дематериализовался под внедорожник, чтобы не натоптать вокруг. Оказавшись на спине, дернулся от боли. Похоже, полет через стеклянную дверь не прошел бесследно.

Как и удар по голове. Но ничего — бывало хуже.

Он достал фонарик и внимательно осмотрел шасси, выискивая место подальше от выхлопной трубы — эта зараза раскаляется даже на морозе. Конечно, проще бы сунуть телефон под сиденье, но тогда придется мудрить с сигнализацией. И лессеры догадаются, что кто-то лазил внутрь.

Проклятье… Нужно было обыскать этих гадов, прежде чем отправлять в вечность. У одного из них наверняка были ключи. Но от злости башку заклинило.

Зет чертыхнулся, вспомнив, как испугалась Белла, когда он загрыз лессера у нее на глазах. Побледнела, разинула рот…

Ничего не поделать: такая у воинов работа. Мерзкая, жестокая, отдающая безумием. Кровавая. Но это еще полбеды. Хреново, что Белла видела, как он ловит от этой работы кайф. Это небось сразило ее наповал.

«Соберись, засранец. Хватит рассуждать».

Зетист нашел удобное местечко под днищем и пропихнул туда телефон, замотав в куртку. Проверив, крепко ли держится подарочек, материализовался из-под внедорожника.

53